20.11.2019

...Плюс электрификация

Кащёнский нижний склад работал от своей дизельной электростанции, мы, жители, спокойно пользовались керосиновыми лампами, ничуть по этому поводу не переживая. Большой деревянный радиоприёмник «Родина» работал от специального комплекта тяжеленных угольных батарей, которые один раз в год (!) покупали в Жарковском или Западной Двине. Антенна для радио была хорошей, и «окно (ухо?) в мир» давало очень много всего. Воображение дорисовывало нечто далёкое, красивое и неведомое. Экзотические диковины словно приходили к нам в деревенский дом, и мир оказывался больше, чем это можно было представить в Кащёнках. «Родина» долго и верно нам служила, потом на смену ей с появлением электричества пришла радиола «Урал». Очень хотели родители купить красавицу «Ригонду», но она была чрезвычайно дефицитной...

post-154488-1550286034-9015.jpg

Пришло время электрифицировать жильё — мощность электростанции увеличилась с установкой новых генераторов и позволила выделить часть электроэнергии на Кащёнки. По улицам начали ставить столбы, слышались иногда ироничные вопросы скептиков: «Когда лампочки вкручивать будем?».

Мой дед Гаврила был в числе энтузиастов и активно помогал в работах. Отец ещё вроде сомневался. Но под звон натягиваемых проводов скепсис быстро сменился хлопотами по приобретению всяких розеток, патронов и прочих «включателей». Электрик Иван Быстров умело и аккуратно смонтировал в нашем доме (да и у многих других) всю схему. Было много строгих инструктажей по электробезопасности — явления такого мы раньше не знали.

Жизнь с электричеством вроде как другой стала, светлее, наверное... На ночь его за ненадобностью отключали. Николай Дёмкин, электрик, обслуживавший электростанцию, перед тем, как выключить свет в деревне, несколько раз «моргал» рубильником, давая всем на размышление минут 10—15, и наступала непроглядная темень. Кстати, уличное освещение появилось достаточно быстро. Необходимые дела можно было продолжать и с имевшимися наготове керосиновыми лампами. Иногда, при каких-то мероприятиях, с Дёмкиным договаривались, и он «светил» позже обычных 22 часов.

Случалось, что Кащёнки и вовсе отключали, когда мощности станции не хватало и на складе «не тянули» лебёдки и электропилы. В домах в начальный период из электроприборов были только лампочки. Плата за электричество начислялась по ним: определённую мощность (строго ограниченную!) умножали на их общее количество и — добро пожаловать в бухгалтерию лесопункта. Использование других приборов не допускалось — мощности не хватало. Розетки поначалу даже не ставили, чтобы искушения не было.

Электростанция представляла собой большое бревенчатое здание, где работали большие генераторы с дизельными приводами.

Однажды случился на нашей электростанции пожар, и сгорела она полностью...

До сих пор помню растерянного Дёмкина среди дымящихся руин, а вокруг ходят какие-то солидные незнакомые дядьки... Обошлось без уголовных дел.

Кроме сгоревшей электростанции, такая же судьба постигла и тарный цех — самую высокотехнологичную структуру нашего участка. Тоже ничего не осталось…

Новое здание станции, из кирпича, построили быстро, и генераторы туда поставили ещё внушительнее. Соответственно, и дизели были им под стать.

Самый огромный из них, говорили, был снят с какого-то корабля. Их могучий рокот и дрожащая от исполинской силы земля приводили нас, подростков, в состояние первобытного трепета...

С возросшей мощностью станции и установкой в домах счётчиков началось массовое приобретение электротехники. Кто что купил — это была важная тема разговоров в деревне. Люди «заживались» (так говорили о росте благосостояния). Дошло дело в нашей семье до стиральной машины. Привезли её, «Ригу», домой. Не знали мы, как с ней обращаться. Мама, не доверяя инструкции, сказала: «Скоро в отпуск приедет Вася (брат мамы) и научит пользоваться, а то сами мы её испортим». Приехал и научил. Протянули в баню провод и процесс пошёл... Горячая вода — из котла, холодёнка — из колодца. Таскать приходилось много, всем вместе. Отец даже шутил: «Собираемся с мужиками на работе и жалуемся друг другу, что раньше жёны стирали в одиночку, а теперь, с машиной, это приходится делать всей семьёй». Облегчили женский труд...

Как-то очень быстро и легко привыкли все к удобному электричеству, хоть долго потом вспоминали прежнюю, «керосиновую», жизнь. Как при лампе устраивались посиделки: мужики играли в карты, женщины рукодельничали, обсуждая при этом деревенские дела... Иногда зажигали вторую лампу.

Светильники эти безотказные, с запасом керосина и стёкол, не выбрасывали и держали всегда наготове — это было нормой и часто выручало. Даже шутили: «Деревню такой мелочью, как отключение электричества, не испугаешь!».

К тому времени, когда я заканчивал Озёрскую восьмилетнюю школу, у нас уже вовсю строилась ЛЭП из Жарковского. Надобность в местной электростанции отпала. Эта эпоха ушла... А строительство ЛЭП — отдельная тема.

Александр КРЫЛОВ


Поделиться:

Для того чтобы добавить комментарий, пожалуйста, авторизуйтесь

Возврат к списку